ЧТО СКАЗАЛ ЛУКАШЕНКО?
2001-08-10
Автор: Михаил ПОДОЛЯК
31 июля Александр Лукашенко во второй раз за последние несколько месяцев
разговаривал «по душам» с местной номенклатурной элитой. Разговаривал
чрезвычайно эмоционально и достаточно откровенно.
Впрочем, и на этот раз «воспитательное мероприятие» для номенклатурных
лидеров носило непритязательное название: «республиканское совещание о
политических задачах исполнительных и распорядительных органов на современном
этапе». А в самом начале своего вступительного слова Лукашенко не менее
откровенно обозначил единственную цель совещания: «обсудить важнейшие
задачи исполнительно - распорядительных органов власти и наметить эффективные
меры по совершенствованию их деятельности в современной политической ситуации
накануне президентских выборов». Проще говоря, А.Г. в очередной
раз предлагал номенклатуре определиться «с кем она».
Однако на этот раз Лукашенко не просто делал заманчивое предложение всем
желающим чиновникам активно подключиться к его избирательной кампании.
Действующий президент/кандидат дополнял свое «предложение» обещанием запустить
в оборот компромат на любого из тех своих сподвижников, кто выйдет из
игры и тем более перейдет на другую сторону.
Ни для кого не секрет, что Александр Григорьевич как никто другой умеет
создавать информационные поводы. Более того, несмотря на семилетнее пребывания
на самом верху власти, А.Г. так и не научился молчать тогда, когда
это особенно нужно. Весьма характерная особенность нынешнего белорусского
президента состоит в том, что он, как правило, выбалтывает все то, что
к нему поступает по линии «аналитических структур» из ближайшего окружения.
Естественно, что далеко не все из этого нуждается в публичном озвучении.
Между прочим, практически все, кто сегодня имеет доступ к телу первого
«государственного батьки», интуитивно поняли следующую закономерность:
с А.Г. лучше всего общаться при помощи обстоятельных «аналитических записок»,
придав им вид полновесных «фактурных» документов. Дело в том, что подобные
«записки» неизменно производят на Лукашенко просто таки сногсшибательное
впечатление. По меньшей мере, он им абсолютно доверяет. А с другой стороны,
если та или иная «аналитическая записка» заставит А.Г. всерьез волноваться,
то ее авторы могут смело надеяться на увеличение бюджета для своей аналитической
группы.
И все-таки именно страсть Лукашенко к публичному озвучиванию тех или иных
«документов» позволяет нам быть в курсе не только того, насколько серьезной
и объективной информацией владеет сегодня Лукашенко, но также понимать
мотивацию его политического поведения.
Выступление на совещании с номенклатурой помимо весьма интересной содержательной
части несло в себе сильный эмоциональный заряд. Лукашенко ничуть не смущался
того, что весь его вид и вся его волнительная речь несут в себе налет
обреченности и очевидного страха.
Однако гораздо важнее, что по итогам этого красноречивого выступления
нам представилась возможность сделать несколько важнейших выводов. Во-первых,
очевидно, что сегодня Лукашенко по-прежнему не располагает доступом к
полноценной и достоверной информации. Практически все сказанное им на
республиканском совещании – и о «номенклатурном заговоре», и о «немецко-американской
подрывной работе» – является реакцией на слухи, как мы уже поминали,
красиво упакованные заинтересованными лицами в «аналитические записки».
Слабость многочисленных аналитических структур, обслуживающих запросы
Лукашенко, в очередной раз получила эффектное подтверждение. Эти структуры
не в состоянии сегодня обеспечить А.Г. полноценными ситуативными анализами,
указывающими на то, как следует правильно реагировать на те или иные внешние
и внутренние раздражители. Кроме того, эти структуры совершено не в состоянии
предвидеть поведение прочих субъектов большой белорусской и околобелорусской
политики. Однако за семь лет президентства Лукашенко все многообразие
местных открытых, полуконспиративных и конспиративных «аналитических структур»
научилось таки подробно разрабатывать «сценарии-страшилки», в которых
отдельные оппозиционные персонажи играют роль «организаторов государственных
переворотов». Это что касается содержания и аргументации, которыми пользовался
Лукашенко в своем обращении к чиновникам. Правда, иные репортеры, как
обычно передали, что Лукашенко во время своего выступления пользовался
сенсационными документами. Так вот, никаких «разоблачительных документов»
у А.Г. нет и в помине. Тем не менее, наполнение его речи было выполнено
в рамках сценария запугивания номенклатуры, разработанного несколько месяцев
назад в недрах президентской администрации. Впрочем, об этом ниже.
Во-вторых, во время «республиканского совещания» Лукашенко еще раз признался
в том, что он не знает, как именно будет вести себя номенклатура во время
собственно выборов. А значит, он несколько боится того, что номенклатура
(составляющая сердцевину «административного ресурса» А.Г.) просто откажется
выполнять отведенную ей роль в «правильном исполнении результатов голосования».
Номенклатура, по опасениям А.Г., может просто саботировать выборы и таким
образом малочисленная команды ярых сторонников Лукашенко в органах власти
просто не справится с обеспечением процента правильно проголосовавших.
Тем не менее, почему именно 31 июля Лукашенко столь эмоционально и публично
изложил, а лучше сказать, выплеснул все свои предвыборные страхи? Впрочем,
страх страхом, но на самом деле подобное выступление преследовало вполне
приличную цель. Лукашенко попытался еще раз убедить номенклатуру в том,
что он располагает тоннами компрометирующей информации. И хотя, как мы
уже отмечали, никакой особой осведомленностью А.Г. не отличается, номенклатурные
бонзы еще меньше разбираются в нынешних политических хитросплетениях.
И на них речь А.Г. произвело сильное впечатление.
Так или иначе, выступление главы государства скорее носило предупредительный
характер. И направлено оно было не столько против оппозиции или иностранных
мониторинговых миссий, сколько против конкретных персонажей из самой власти.
Это было, своего рода, знаковое выступление. Правда, по исполнению это
предупреждение выглядело несколько скомканным. Но что поделать, если А.Г.
слишком эмоционален. Особенно когда речь касается его постпрезидентского
будущего.
Добавим также, что совещание президента с чиновниками проходило в рамках
выборного сценария, подготовленного для А.Г. его ближайшим окружением.
Так, по нашим сведениям, еще в начале февраля в кулуарах администрации
президента шли разговоры о том, что «едва ли не важнейший этап избирательной
кампании Александра Григорьевича придется на июль-август, когда будет
проведена публичная «порка» 10-15 высокопоставленных чиновников, которых
обвинять в коррумпированности и развале государственного управления».
«Само собой, - дополняли тогда наши источники, - весь это коррупционный
скандал будет дополнен подробным перечислением взяток, которые якобы получали
«жертвы кампании», а также снимками их шикарных домов. Уже сейчас готов
перечь из сотни кандидатов на роль своего рода агнец от номенклатуры».
Дополнительно нам намекнули, что «слив информации может пойти,
в том числе, и через негосударственную прессу и тем самым это позволит
несколько отвлечь внимание этих газет от негативных сторон самого Александра
Лукашенко». Само собой, что подобный сценарий вполне естественно вписывался
в нынешний белорусский политический контекст. А.Г. нынче остро нуждается
в стержневых элементах для собственной выборной информационной кампании.
Вряд ли можно серьезно говорить о том, что тезис « у нас нет войны» может
стать главным слоганом нынешней избирательной кампании А.Г.
А вот обозначая в случае надобности фамилии коррумпированных чиновников,
Лукашенко, во-первых, в очередной раз доказывал свою антикоррупционную
состоятельность. А во-вторых, если всплывет хотя бы одна фамилия «грязного
чиновника», общественность тут же получит своеобразную «грушу для битья»,
т.е. весьма видную персону для вымещения всех своих негативных эмоций,
связанных с постоянным ухудшением уровня жизни.
В этой связи весьма интересно, насколько реальными фактами из жизни высокопоставленных
чиновников обладает сегодня Лукашенко. И вообще можно ли говорить о повальной
коррумпированности представителей топ-менеджмента Беларуси?
Вне всяких сомнений, с формальной точки зрения любой высокопоставленной
чиновник в Беларуси вряд ли может сравниться по степени доходности собственного
рабочего места с аналогичными рабочими местами в той же России. Скажем,
ключевые российские министры – к примеру, тот же министр финансов – ежемесячно
легально зарабатывают около 10 тысяч долларов. В тоже время в Беларуси
чиновник подобного ранга зарабатывает не более 300-600 долларов. Заместители
же министров и начальники управлений и вовсе получают чуть более пары
сотни долларов. Не очень впечатляющая оплата за их «скорбный труд».
Впрочем, понятно, что не совсем, мягко говоря, богатое государство, не
в состоянии адекватно оплачивать труд собственной управленческой элиты.
Тем не менее, в Беларуси за семь лет было тщательно построено абсолютно
закрытое государство. Местное государство закрыто от сколько-нибудь реального
контроля, как со стороны общественности, так и со стороны СМИ. А значит,
в таком государстве появляются особые источники для поощрения особо ретивых
чиновников. Проще говоря, местное государство (читай - президент) в качестве
«благодарности» позволяет иным чиновникам контролировать те или иные частные
фирмы, работающие на отраслевых рынках. Фирмы же в свою очередь обеспечивают
топ-чиновникам приличный дополнительный доход. Так что, отвечая на вопрос
– имеет ли Лукашенко реальный компромат на собственных чиновников, можно
сказать, что имеет.
Следовательно, выступление Лукашенко на совещании абсолютно логично вписывается
в рамки одного из предвыборных сценариев. А.Г. просто объяснил «заинтересованным
лицам», что в случае проявления особой нелояльности общественность получит
фамилии «особо коррумпированных чиновников». Но понятно, что любой сценарий
должен основательно поддерживаться ресурсами и командной игрой.
Ни того, ни другого у А.Г. в требуемом объеме нет.
Понятно, что именно администрация президента должна была стать своего
рода координационным центром избирательной кампании Лукашенко. Но сегодня
в самой администрации царят немыслимые разброд и шатание. Клерками саботируются
решения вышестоящих начальников. Между различными структурными подразделениями
администрации нет взаимопонимания. Больших объемов достиг бумагооборот,
бюрократическая процедура слишком усложнилась. Все это самым естественным
образом дополняется дублированием функций разными отделами и появлением
в недрах администрации собственной контрольной службы, которая весьма
жестко пытается контролировать «внутри административную» дисциплину.
Топ-руководители в свою очередь ведут ожесточенную кулуарную схватку между
собой. При этом речь уже идет не о получении максимального влияния на
главу государства, а о простом номенклатурном выживании.
Однако в связи с острейшим дефицитом управленческих кадров, способных
предлагать «целые сбалансированные программы», именно Заметалин
курирует сегодня информационную составляющую избирательной кампании Лукашенко.
Так или иначе, администрация президента не пользуется достаточной влиятельностью
в различных политических группах. Ее, конечно, все еще побаиваются, но
уже не верят в то, что администрация – как корпоративный орган - в состоянии
обеспечить реальное управление предвыборной ситуацией на местах.
Лукашенко так и не сумел предложить местным влиятельным группам конкретное
участие в управлении, не гарантировал им неприкосновенность их интересов.
Его предвыборная тактика строится сугубо на примитивном запугивании: он
выдергивает наиболее непокорных и пытается их публично унизить. Тем самым,
как бы «сигнализирует» остальным. Но разве десяток «владельцев» Беларуси
во главе с Лукашенко в состоянии совладать с корпоративными интересами
всех местных политико-экономических групп?
Недостаток ресурсов «для поголовной скупки лидеров групп» требует
от официального Минска проведения совершено специфической избирательной
кампании. Так как команда действующего президента не в состоянии купить
лояльность нужных людей, она начала проводить разрушительную кампанию
в рядах формальных сторонников Лукашенко. По существу, нынешняя кампания
правящей администрации строится на двух базовых китах. С одной стороны,
важное место занимает публичная дискредитация потенциальных оппонентов
из рядов оппозиции, с другой – шантаж собственной номенклатуры.
