ИСТОРИЯ БЕЛОРУССКОГО ПРОТЕСТА ("Белорусская деловая газета")

2001-09-13

Автор: Отдел политики

История уличных протестов в Беларуси начинается с 1989 года, когда БНФ впервые провел Чернобыльский шлях и траурный митинг в Куропатах. Однако настоящим потрясением для общества стали стихийные выступления рабочих весной 1991 года. Число участников акции протеста, которая прошла на главной площади города после павловского повышения цен, никто толком не сосчитал. Говорили о 100 тыс. участников, но вряд ли эту цифру можно считать точной. Протестующие заполнили всю площадь Независимости и окрестные улицы. Массовый стихийный протест вызвал панику в правительстве и немало способствовал тому, что спустя несколько дней компартия уступила власть практически без боя. Постоянно воевавший с компартией БНФ после этого много раз пытался вывести на улицы хотя бы несколько десятков тысяч человек, но с каждым годом акции протеста становились все малочисленней. В 1995 году свободный профсоюз обещал массовые протесты рабочих в связи с забастовкой на минском метрополитене. Скоро стало понятно, что если рабочие и будут против чего-нибудь протестовать, так только против бастующих метрополитеновцев. Понять, зачем при такой зарплате нужно еще и бастовать, среднестатистический рабочий был совершенно не в состоянии. Всплеск уличной активности пришелся на 1996 год. Весну 1996 года оппозиция до сих пор вспоминает как золотое время надежд. 3 акции протеста с количеством участников от 30 до 50 тыс. человек в течение месяца с небольшим, множество пикетов, демонстраций и мини-митингов, проходивших почти еженедельно. Справедливости ради стоит сказать, что собственно оппозиция к этому всплеску уличной активности имела очень косвенное отношение. 25 марта 1996 года огромному количеству людей, желающих протестовать, больше всех удивился лидер БНФ Зенон Позняк. После 1996 года оппозиция много раз пыталась повторить достигнутый результат, но референдум 1996 года погрузил белорусское общество в долговременную апатию. В 97-м, 98-м и 99-м годах ежеквартально назначались "Горячая весна", "Горячее лето" и Горячая" осень". Если на акцию собиралось больше 5 тыс. человек, то говорили, что это самое крупное выступление за последние несколько месяцев. Лишь осень 1999 года не обманула ожиданий. Первый "Марш свободы" был единственной крупной акцией протеста, которая тщательно готовилась. 30 тыс. человек прошло по улицам Минска. Итогом марша стали жестокие столкновения демонстрантов с милицией, во время которых пострадало несколько десятков стражей порядка и примерно столько же митингующих. Похоже, именно этот "Марш свободы" дал белорусской оппозиции надежду на повторение у нас югославского сценария. Но следующие два марша ничем не выделялись на фоне иных унылых акций протеста. Призывая людей на улицы, оппозиция не могла толком объяснить, зачем это нужно.

- У нас был четко разработанный план, согласно которому утром 10 сентября в направлении Минска должны были выйти четыре колонны наших активистов. Ожидалось, что пока колонны идут, в Минске проходят долгие и масштабные митинги протеста, осуществляются саботажи на заводах, бастуют студенческие круги... Однако уже 8-го вечером все три базы наших колонн нейтрализовали. В Барановичах были атакованы офисы местных отделений БНФ и "Маладога фронту", трижды за два дня сотрудники правоохранительных органов задерживали координатора молодечненской колонны, марьиногорские активисты не могли взять билеты на поезда в минском направлении.... И все-таки 9-го весь день колонны готовились к атаке, люди добирались на места всеми правдами и неправдами, в том числе и автостопом. 9-го вечером вырубили мобильную связь, однако мы с помощью пейджеров и курьеров нашли возможность передать информацию в регионы. 10 сентября в 6 часов утра, когда должны были стартовать колонны, все активисты в принципе уже знали, что митинг на Октябрьской площади завершен, что независимые наблюдатели дают практически те же цифры, что и Центризбирком, что ехать отстаивать некого и нечего, что Дворец профсоюзов пустой. Несмотря на это, барановичская и брестская колонны поехали поездом и 10-го вечером к 17 часам успели на митинг. На электричках добралась часть марьиногорцев. Из молодечненской колонны прибыло только несколько человек, поскольку до молодечненцев информация о том, что молодежь, грубо говоря, кинули, дошла на самом старте. Если быть откровенным до конца, то вся работа оппозиции 9-10 сентября была надеждой на большую халяву, халяву в смысле того, что состоятся какие-то демократические выборы, что номенклатура поможет эти выборы не сфальсифицировать, что молодежь будет драться за второй тур или те 10% разницы между данными ЦИК и независимых наблюдателей. Но люди ведь сражаются за идею, и когда идея заключается в том, чтобы потребовать у Европы непризнания этих выборов или еще в чем-то таком же мало похожем на борьбу, то люди просто опускают руки. Психологический обвал у нас был уже в 12 часов вечера, когда независимые наблюдатели озвучили первые сведения. Понятно, что проводить 10-го акцию на площади у ЦИК не было никакого смысла. Фактически все уличные события оказались парализованы результатами голосования... И на политсовете особо подчеркивалась роль молодежи в подготовке событий на Октябрьской площади. Мы распространили заявление, один из существенных акцентов в котором сделан как раз-таки на положении, что молодежь больше не собирается поддерживать политиков старшего поколения, которые не верят в победу... По моему личному мнению, которое не во всех случаях совпадает с позицией "Маладога фронту", нам подложили в этой кампании три огромные свиньи. Первая - это поведение властей: фальсификации, давление на демократических активистов, репрессии, проблемы со связью, атака на штаб-квартиры и т.д. Вторая - поведение оппозиции. Чего стоит лишь тот факт, что в самое горячее время нигде нельзя было найти генералов, без которых в принципе любому офицеру руководить сложно. И, наконец, третья свинья - это действия электората, назвать его белорусским народом язык не поворачивается. Если бы Гончарик набрал хотя бы половину голосов, очень сложно было бы реально что-то сфальсифицировать...

- Сам удивляюсь. Мне казалось, что люди хотят перемен. И все действительно хотели перемен. Но апатия, которая наступила после объявления властью столь наглых, откровенно лживых цифр, - результат того, что оппозиция не смогла противопоставить силе силу. Народ понял, что Лукашенко действительно любыми средствами удержится у власти. Если надо, он может бросить на демонстрантов СОБР, ОМОН, все спецслужбы. А оппозиция не готова ответить адекватными действиями. Признаю, мы не убедили народ. В этом наша недоработка. Какую-то роль сыграли и провокационные листовки несуществующего "Беларускага вызваленчага войска", призывающие к вооруженному восстанию, придуманные властью. Отсюда следует сделать вывод: надо будет более плотно работать с нормальными людьми, которые находятся нынче у власти.

- Сразу отмечу: состоялось две акции. На первую, 9 сентября, пришло, по-моему, достаточно много людей, была занята практически вся Октябрьская площадь. Что касается второй, то предполагалось, что она начнется 10 сентября на Октябрьской площади в 20.00. Оттуда в 23.00 люди должны были идти на площадь Независимости. Уже в ночь после выборов было принято решение сместить ее проведение на 17.00 часов. Однако нам не хватило времени, чтобы оповестить об изменениях всех людей. Я лично собрал своих товарищей и сказал, чтобы оповестили о времени акции всех, но они не успели. Сами знаете, чтобы наш народ разбудить, 2-3 часа мало.

- Это, скорее всего, не главная причина?

- Мы не успели передать тот импульс единства народу, который появился внутри оппозиции. Народ разобщен и не готов открыто выразить недовольство, когда ему вешают лапшу на уши или фальсифицируют выборы. Специфика сегодняшнего состояния белорусского общества в том, что оно не готово к протесту. В душе у людей еще не сформировалось противодействие творимой несправедливости. Обидно, что мы не смогли противопоставить свою пропаганду пропаганде государственной. Некоторых отпугнули провокации типа операции "Белый аист" и листовки с призывом к бою, которые, по моему мнению, стряпались в Совбезе. А ведь те, кто пришел 9 и 10 сентября в центр столицы, на самом деле мирные люди. У большинства белорусов сейчас не вызывает возмущение убийство несколько человек или тайные фонды, куда утекают деньги. Что ж, как говорится, мы имеем то, что имеем...

- Итак, акции протеста были немногочисленны, потому что...

- Надо признать, что нам не хватило времени и современных средств.