У ПАРТИЙ ОДИН ВЫБОР: ВЫЖИВАНИЕ ИЛИ РАБОТА НА ОБЩУЮ ПОБЕДУ ("Белорусский рынок")
2003-03-10
Автор: Автор: Виктор Чернов
Специфический характер политического режима в Беларуси предопределяет особый способ его преобразования в демократию. А это, в свою очередь, диктует демократическим силам необходимость разработки соответствующей стратегии и тактики действий.
В рамках этой стратегии участие в выборах является для оппозиции лишь одним из инструментов прихода к власти. Например, избирательная кампания может служить расширению базы поддержки политической контрэлиты, а результаты выборов могут сыграть роль катализатора процесса перехода к демократии. Поэтому оппозиция даже в самых неблагоприятных условиях должна участвовать в выборах, предлагать обществу привлекательную альтернативу и вселять в людей уверенность в том, что с помощью выборов можно что-то изменить. Бойкот также возможен, но только в том случае, если для него существуют определенные условия, и в первую очередь -- высокая степень неприятия власти в обществе.
К сожалению, на прошедших выборах демократические партии продемонстрировали весьма скромные результаты. Я думаю, что это объясняется не только жестким противодействием властей, узкой политической базой партий, их структурной слабостью, но и избранной партиями стратегией и тактикой кампании.
Накануне нынешней избирательной кампании демократические партии стояли перед проблемой избрания оптимального формата своего участия в кампании. Поле для выбора было достаточно широкое. Это -- бойкот, от которого на республиканском уровне практически все партии благоразумно отказались; полномасштабное участие партий в кампании в качестве самостоятельных политических субъектов; косвенное участие через поиск, выдвижение и поддержку "независимых кандидатов; участие в создании и продвижении региональных партийных или гражданских коалиций и, наконец, комбинация некоторых из вышеназванных вариантов.
Партии предпочли работать в автономном режиме. На мой взгляд, этот формат не совсем адекватен ситуации, вызовам времени, специфике местных выборов в Беларуси и собственным возможностям партий. Ситуация требует объединения всех демократических сил вокруг общей идеи и единого сценария действий. Тем не менее партийные лидеры уже в который раз продемонстрировали неготовность договориться между собой и выступить единой силой на предстоящих выборах. Речь идет не только о центральных офисах, но и о региональных структурах,
многие из которых не смогли прийти к компромиссу даже в вопросе о распределении избирательных округов.
Выбранный формат кампании был в первую очередь продиктован сравнительно узкопартийными целями: расширение базы электоральной поддержки, повышение рейтингов известности и доверия той или иной партии. Поэтому стратегии всех без исключения партий и большинства их кандидатов отличаются сильным политическим позиционированием, то есть стремлением максимально продвинуть собственные партийные лейблы, программные цели и лозунги.
Что же касается проблемного позиционирования, то недостаточно акцентируется внимание на сугубо местных, социально-бытовых, коммунальных проблемах, которые в наибольшей степени волнуют сегодня избирателей. И это не удивительно.
Сама логика автономного партийного участия в избирательной кампании на фоне архаичности политической и экономической системы заставляет партийных кандидатов говорить о наболевших именно для них проблемах: независимость, демократия, разделение властей, местное самоуправление и т. д. Но связанные с этим лозунги сами по себе не пользуются успехом у простых людей.
На самом деле кандидат должен обращаться к избирателям с близкими и понятными им идеями и доказывать своими действиями, что он способен решить актуальные для избирателя проблемы. Как показывает первичный анализ хода кампании, именно за таких кандидатов избиратели готовы были проголосовать.
Таким образом, партийный формат кампании ведет ее к чрезмерной политизации и идеологизации, что не отвечает специфике местных выборов вообще и особенно в Беларуси.
Существуют еще, по меньшей мере, три причины, по которым партиям не следовало бы активно себя позиционировать в текущей кампании.
Во-первых, это крайне низкие рейтинги доверия и избираемости. Данные опросов общественного мнения показывают, что электоральный рейтинг политических партий колеблется в пределах 1,5-6%. И это при том, что рейтинг недоверия к партиям зашкаливает за 50%. По разным опросам, около 60% хотели бы видеть своего депутата беспартийным (что, кстати, хорошо понимает власть, которая практически во всех округах выставила от себя именно беспартийных кандидатов). Все это, естественно, снижало шансы на прохождение представителей партий в местные Советы.
Итак, партийный статус вряд ли добавлял кандидату дополнительные преимущества, скорее, наоборот. Во всяком случае, кандидат должен быть очень яркой личностью, чтобы избиратель не обратил внимания на его партийную принадлежность. Попытка же использовать кратковременную предвыборную кампанию исключительно в целях повышения рейтинга партии, увеличения количества ее сторонников является сегодня непозволительной роскошью. Для этого партиям надо работать с населением постоянно, а не приступать к агитации перед самым началом политического экзамена.
Во-вторых, хорошо известно негативное отношение к демократическим партиям со стороны власти. Принадлежность кандидатов к наиболее сильным и известным в Беларуси демократическим партиям действует на "вертикаль" подобно красной тряпке на быка со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Еще до начала избирательной кампании прогнозировалось, что выборы в местные Советы, как и все прошлые, пройдут по жесткому административно-силовому сценарию, одним из элементов которого станет отсев неугодных кандидатов на всех стадиях выборного процесса. Уже официальные итоги регистрации инициативных групп и впоследствии кандидатов подтвердили самые неутешительные прогнозы. Так, лишь 2,9% претендентов было отказано в регистрации. Казалось бы, это в пределах нормы. Однако почти половина (45%!) отказов пришлась на представителей политических партий, составлявших лишь 4% от общего числа выдвигавшихся на регистрацию. Полагаю, что среди партийных "отказников" было достаточно большое количество относительно "незасвеченных" людей, которые получили бы больше шансов на регистрацию, если бы они себя заявили в ином, непартийном качестве.
В-третьих, и это самое главное, установка на узкопартийный формат избирательной кампании не дала возможности партиям стать в регионах центрами притяжения и консолидации тех продемократических инициатив, которые решили принять активное участие в местных выборах, -- лидеров общественного мнения, представителей неправительственных организаций, демократических профсоюзов, бизнес-структур, независимых СМИ и т. д. Они при организационном содействии партий составили бы ядро городских (районных) гражданских коалиций, неформальных предвыборных блоков, нацеленных на завоевание самой широкой поддержки избирателей. Региональные коалиции могли бы привлечь в свой состав и независимых кандидатов. Последние, в обмен на содействие их продвижению и помощь ресурсами, позиционировали бы себя в качестве кандидатов от новой, политически неангажированной общественной силы, выступающей за позитивные перемены в данном регионе.
Опросы общественного мнения показывают, что большинство респондентов готовы отдать предпочтение при голосовании именно кандидатам подобного рода. Так, в конце прошлого года за независимых кандидатов могли проголосовать 27,5% опрошенных, за кандидатов от широкого блока общественных организаций и партий -- 14,1%.
При технологически правильно построенной кампании можно было бы рассчитывать на объединение большей части обеих электоральных групп и присоединение к ним достаточно дисциплинированного партийного электората (это еще порядка 8-10% голосов избирателей). Для сравнения: кандидаты, поддерживаемые властью, по данным этого же опроса, могли рассчитывать лишь на 31% голосов.
Понятно, что тематика выборов должна была быть связана с основными социально-бытовыми проблемами округа, города, района, с активным продвижением в общественном мнении путей их решения, с проведением различного рода информационно-рекламных кампаний и социальных акций. Что, однако, не исключает, а напротив -- предполагает активное позиционирование макрополитической тематики (отношение к политическому курсу президента, к белорусско-российской интеграции и т. д.), но на языке повседневности, на примерах, касающихся жизни простого человека. От того, насколько такая кампания получилась бы активной, яркой, сюжетной, привлекательной, напрямую зависел бы выбор избирателя.
Известно, что большая часть белорусского электората определяет свой выбор скорее личностными, чем политическими предпочтениями. Региональные коалиции вполне могли быть представлены сильными и популярными лидерами. Это позволило бы "раскрутить" и сам лейбл предвыборного блока, который, в свою очередь, по эффекту локомотива потянул бы за собой менее ярких кандидатов, действующих под знаменем такого блока.
Анализ показывает, что на региональном уровне так и не удалось создать гражданских коалиций, нацеленных на консолидированную избирательную кампанию. Возникшие коалиции оказались недостаточно прочными и были законсервированы до лучших времен. Можно упомянуть, в частности, такие коалиции, как, например, "Комитет общественных действий "Витебск", "Гродненский выбор", "Гражданские инициативы" (Гомель), "Наш выбор" (Жодино), коалиции в Полоцке, Бобруйске, Рогачеве. В лучшем случае они ограничились координацией действий по распределению округов. А иногда -- совместным сбором подписей.
Оценка результата в политике в конечном счете зависит от того, какую цель преследует та или иная политическая сила. Основным критерием успеха на нынешних местных выборах является не столько количество демократических кандидатов, прошедших в местные Советы (это была сверхзадача), сколько расширение базы поддержки демократических сил в том или ином регионе, формирование образа мощной альтернативной силы, способной защитить насущные интересы простых граждан. И решить эти задачи политические партии в одиночку не в состоянии. Участие в местных выборах партийных кандидатов, а не региональных коалиций, заведомо обрекало политические партии на поражение в этой кампании.
Существо вопроса состоит в следующем: или демократические партии работают на общую победу, на ощутимый успех, или они по-прежнему будут озабочены своим собственным выживанием, рейтингами, которые при сохранении нынешних условий могут вытягиваться из статистической погрешности еще десятки лет. Эти две принципиально противоположные цели определяют и две модели политического поведения.
Первая модель заключается в том, чтобы приспосабливаться к ситуации, получать финансовые ресурсы под конъюнктурные акции и отчитываться потом за их использование, отдаляя в туманное будущее подлинные цели демократического движения. И надеясь на то, что когда-нибудь все изменится к лучшему само собой.
Вторая же модель -- активное продвижение демократических ценностей и наступление по всем линиям, постоянное и методичное использование любой легальной возможности, в том числе и официальных выборов, чтобы позитивно воздействовать на потенциально протестный белорусский электорат, создавая тем самым маленькие и большие плацдармы для достижения конечной победы. И именно за этой моделью будущее.
