Над Беларусью нависла угроза уничтожения всего политического поля

1996-10-29

Автор: Юрий ДРАКОХРУСТ, кандидат физико-математических наук,
Галина ДРАКОХРУСТ, кандидат философских наук

Александр Лукашенко стал президентом в результате электоральной революции. Многие сейчас гадают, когда же у белорусского народа иссякнет терпение и он начнет активно протестовать против своего нынешнего удручающего состояния. При этом часто забывают, что протест, и весьма мощный, уже был, просто он протекал в конвенциональных формах голосования за народного кумира.


Исследователями избирательных кампаний давно замечено, что дифференциация избирателей в ходе выборов происходит в рамках различных полей политических ценностей. Графически совокупность этих полей можно представить как многомерную систему координат с осями "коммунизм — антикоммунизм", "либерализм — социализм", "клерикализм — антиклерикализм" и т.д. Например, успех Бориса Ельцина на президентских выборах в 1996 году был в немалой степени обусловлен тем, что ему удалось перевести кампанию в поле, определяемое по оси "коммунизм — антикоммунизм". В этом поле все кандидаты, кроме самого Ельцина и Геннадия Зюганова, оказались "промежуточными".

Но иногда определяющим в избирательной кампании оказывается поле, характеризующее доверие избирателей ко всей политической системе страны в целом. В этом случае на одном конце оси оказываются все оформленные политические силы общества, а на другом — одно лицо, надполитический "спаситель нации". Это ситуация электоральной революции, превращения выборов в акт упразднения политики. "Герой" обещает разрушить мир коррумпированных политиканов; он никогда не аппелирует к институциям, но всегда — к "простому народу".

Электоральные революции, как и любые другие, не всегда заканчиваются успехом. Примерами неудач служат результаты на выборах в Польше в 1990 году Станислава Тыминьского и в России в 1996 году — Александра Лебедя. Политические системы обеих стран испытали шок от успехов этих "терминаторов", но все же устояли.

Заметим, что электоральная революция всегда связана с глубоким политическим кризисом в стране. При этом следует сказать, что приход "терминатора" — не всегда абсолютное зло. Достаточно вспомнить "воцарение" во Франции в 1958 году "пожилого господина из Коломбэ" — легендарного генерала де Голля, который сумел разрешить политический кризис и закончить алжирскую войну.

Но в любом случае успешная электоральная революция влечет за собой кардинальное изменение политической системы страны, умаление значения всех общественных институтов, кроме "вождя". Так, приход к власти де Голля означал конец Четвертой Республики и начало Пятой, которая характеризовалась существенным усилением власти президента за счет парламента.

Все эти тенденции электоральных революций за два года правления Лукашенко в Беларуси проявились в полной мере, усиленные вдобавок национальными особенностями. Вся политика президента была направлена на подавление любых форм гражданской самодеятельности.

Причем, в отличие от своих коммунистических предшественников, нынешняя власть почти не пытается взять под контроль различные политические и общественные институты, предпочитая силовое давление. Поэтому и усилия по созданию президентской партии всякий раз бесславно проваливались.

Пожалуй, лишь формирование парламентской фракции "Согласие" и образование весной 1996 года Национальной ассоциации промышленников и предпринимателей можно расценить как относительно успешные попытки играть по правилам; если не вести диалог, то хотя бы создавать "свои" общественные структуры. Все остальные мероприятия власти по отношению к гражданскому и политическому обществу можно характеризовать как войну на уничтожение.

С профсоюзами, как государственными, так и независимыми, президент разговаривает в угрожающем тоне, в августе 1995 года он своим указом приостановил деятельность Свободного профосюза Беларуси. Взаимоотношения государства и прессы давно уже стали притчей во языцех. Замена почти всех главных редакторов центральных газет, присвоение "Народной газеты", репрессии против независимой прессы, полный государственный контроль над телевидением — так обстоят дела в Беларуси со свободой слова.

К месту упомянуть и последние события: в преддверии референдума отключен передатчик популярной независимой радиостанции "Радио 101.2", арестованы банковские счета оппозиционных "Свабоды" и "Нашай нiвы" и делового издания "Белорусский рынок".

Аппетит приходит во время еды: перед решающими политическими схватками доминации недостаточно — нужна абсолютная монополия. Практически низведено до нуля влияние ассоциаций работодателей. На недавнем съезде деловых кругов президент заявил, что будет посылать проверки к каждому бизнесмену, который решится высказываться по политическим проблемам.

Что касается политических партий, то и здесь вся государственная политика направлена на их дискредитацию, на умаление их роли и значения. Закон о выборах по мажоритарной системе, принятый по настоянию президентской стороны, существенно ограничил возможности участия партий в выборах.

Неприязненное отношение президента к правым партиям еще как-то можно объяснить идеологическим антагонизмом — БНФ он именует не иначе, как "национал-радикалами", против лидеров Фронта используются прямые репрессии, Министерство юстиции под надуманными предлогами вынесло уже два предупреждения этой партии, так что ее запрещение может произойти в любой момент.

Но и с главными идеологическими оппонентами Фронта, идеологическими близнецами президента — коммунистами, отношения у главы государства сейчас немногим лучше. Причина этого, на наш взгляд, — рост влияния коммунистов после их успеха на выборах.

Новый парламент успел поработать чуть больше полугода, и уже удостоился от главы государства наименования "гнойника", а коммунисты стали врагами. Президентская команда начала активную кампанию по расколу наиболее влиятельных левых партий — коммунистической и аграрной. Эта кампания направлена на изоляцию парламентских фракций от партии.

Новый референдум, затеваемый президентом, имеет целью юридически низвести волей народа парламент и Конституционный суд до роли бессильных придатков президентской администрации. В начале своего правления Александр Лукашенко подчеркивал, что ныне действующая Конституция дает ему "бешеную власть" и "царские полномочия". Предлагаемый на референдум проект делает президента белорусским фараоном.

Эти тенденции показывают, что отношение президента к партиям и иным общественным институтам имеет функциональный характер и не замутнено какими-либо идеологическими предпочтениями.

Алексис де Токвилль писал в "Демократии в Америке", что в демократическим обществе добровольные ассоциации играют ту же роль, что и влиятельное дворянство в обществе аристократическом: и те, и другие ограничивают произвол верховной власти, препятствуют установлению тирании. Именно поэтому любые формы гражданской самоорганизации вызывают такое противодействие со стороны нынешней президентской власти в Беларуси.

Самим фактом своего существования общественные организации разрушают навязываемое обществу представление о нем самом как о "семье", в которой родительская власть сосредоточена в руках президента — "отца нации", а положение того или иного лица в общественной иерархии определяется его близостью к "отцу".

Со своей стороны, за последний год партии и другие организации поняли, что угроза успеха их идеологических оппонентов не так опасна, как общая угроза тотального уничтожения всего политического поля. Именно понимание этой угрозы и подвигло лидеров основных политических партий страны на образование постоянно действующего "круглого стола".